ПОЧЕМУ МЫ ТЕРПИМ МАРГИНАЛОВ В ЭФИРЕ ЦЕНТРАЛЬНОГО ТЕЛЕВИДЕНИЯ

ПОЧЕМУ МЫ ТЕРПИМ МАРГИНАЛОВ В ЭФИРЕ ЦЕНТРАЛЬНОГО ТЕЛЕВИДЕНИЯ

Дмитрий Дробницкий, политолог: «Взгляд» // В 2014 году в отечественной медийной среде появилось устойчивое выражение: «телевизор против холодильника». Тогда часть населения крупных мегаполисов охала и ахала по поводу исчезновения пармезана и чего-то там еще.

Впрочем, тогда многие опасались серьезного снижения уровня жизни. И небезосновательно. Экономика России слишком сильно зависела (и, увы, зависит до сих пор) от западного финансового рынка, цен на углеводороды и импорта товаров народного потребления, в том числе продовольствия. Вопрос несистемной оппозицией ставился так: сможет ли официальная пропаганда («телевизор») убедить россиян по-прежнему поддерживать власть в ситуации, когда их материальное положение («холодильник») будет ухудшаться. Спустя четыре года разговоры о пармезане кажутся не то что нелепыми (они и тогда так воспринимались), а попросту пустыми. Да, итальянские сыры вкуснее импортозаменителей. Но это пока. У итальянцев на выработку культуры производства столь полюбившихся нашим людям продуктов ушли десятилетия (если не века). Стоило сделать полшага за красные флажки глобалистской модели и перестать бить по рукам своих производителей с прежней частотой и силой, и вот они – отечественные сыры самых разных консистенций и ценовых категорий. Ни санкции, ни контрсанкции не «порвали российскую экономику в клочья». Наоборот, экономика взбодрилась. Ее шестеренки, пусть со скрипом, но пришли в движение. У производителей и потребителей стало вырабатываться совершенно новое отношение к внутреннему рынку. Это теперь не некий абстрактный рынок с «невидимой рукой», а нечто конкретное, касающееся всех и каждого. Разумеется, это не означает, что с экономикой у нас все хорошо. Для описания только самых критических изъянов российской экономической политики мне, пожалуй, не хватило бы и десятка статей. Но в целом «холодильник» сработал совсем не так, как на то рассчитывали наши недоброжелатели на Западе и «свои» обличители «проклятой рашки», почему-то до сих пор зарабатывающие деньги в нашем Отечестве. Значит ли это, что вопрос о «холодильнике» и «телевизоре» (в узком смысле – просто телевизоре) можно считать решенным? Отнюдь нет!

Зато можно считать закрытым вопрос о противопоставлении суверенитета и благосостояния. Эта дилемма оказалась полностью ложной. Не бывает никакого благосостояния без суверенитета. Подъем популистских и евроскептических движений на Западе показал, что в тех странах, которые «сдали» часть своего суверенитета глобалистским институтам (Евросоюзу, соглашениям о «свободной торговле» и т.п.), сегодня крайне недовольны именно уровнем благосостояния. Состоявшиеся 18 марта выборы президента России продемонстрировали, что наши соотечественники очень хорошо понимают: «торговать» суверенитетом и статусом великой державы (в обмен на любые блага) нельзя. Оба кандидата, которые, так или иначе, призывали поступиться частью этих «бесполезных вещей» ради «лучшего будущего», получили в общей сложности меньше 3% голосов, т.е., с точки зрения социологии, их результат находится в рамках статистической погрешности. Дискурс в стиле «давайте будем чуть менее великими и станем чуть более богатыми» официально, окончательно и бесповоротно стал маргинальным. И это возвращает нас к вопросу о телевизоре.

Политиков и агентов влияния, представляющих маргинальные точки зрения, неприлично приглашать в этот самый телевизор. Поправлю сам себя: так часто приглашать. Тем более неприлично строить медийную политику околополитических СМИ вокруг очного или заочного спора с ними. Это все равно как посвящать 90% времени всех научно-популярных телепередач критике теории плоской Земли или каждый день выделять целый час на канале «Культура» для осуждения матерщины. Я ни в коем случае не предлагаю запретить представителям несистемной оппозиции выражать свою точку зрения. Свобода слова есть свобода слова. Любое ее ограничение я считаю вещью крайне вредной. Но почему мы должны терпеть непрерывное обсуждение маргинальных политиков и маргинальных тем на ЦТВ? Мне могут возразить, что в самой новейшей истории Запада вчерашние маргиналы становились президентами и премьерами, таким образом формируя новый мейнстрим. Но эти люди (вы же поняли, что я о западных популистах?) вовсе не призывали «валить из америкашки» или из «макарошки». Они добились признания демократическим путем, апеллируя к чаяниям большинства, в том числе к его патриотическим чувствам.

Бóльшая часть медийной элиты Европы и Америки, «вписавшаяся» в либерал-глобалистский порядок, «проспала» так называемую «популистскую волну» именно потому, что давно не интересовалась переживаниями граждан и слишком увлеклась «рейтинговыми темами». Либеральные СМИ США одно время охотно транслировали в эфир «угрозы» звезд шоу-бизнеса и представителей так называемой творческой интеллигенции немедленно эмигрировать, если только «этот ужасный Трамп» придет к власти. Но эту тему быстро закрыли сами либералы, причем весьма жестко. На светских раутах так говорить можно, а вот по телеку ни в коем случае. У западного телевидения свои специфические проблемы. Главная из них состоит в том, что там два «телевизора» и две аудитории, которые после 2016 года практически не пересекаются. И каждая из этих аудиторий представлена примерно половиной населения – идет ли речь о Великобритании, Америке, Франции, Австрии, Италии или Нидерландах. Идеологически-пропагандистские войны между СМИ достигли невиданного размаха. Так, в США телеканалы Fox News и MSNBC сегодня в основном заняты перепалкой друг с другом. И это понятно. Соединенные Штаты находятся на изломе своей истории. Нация расколота. Ей уже в ноябре 2018 года, а затем и в 2020-м предстоит снова делать не просто электоральный, а исторически важный выбор. В такой обстановке качество экспертизы так называемых контрибьютеров (то есть политических комментаторов, имеющих контракты с телеканалами) ожидаемо падает. И все равно руководству Fox никогда не придет в голову пригласить на обсуждение вопросов иммиграции мексиканского нелегала (которому еще и заплатят больше других за участие), чтобы избить его в прямом эфире. А CNN или MSNBC не станет вызывать на словесную дуэль завзятого расиста с единственной целью – спровоцировать его на какое-нибудь особо мерзкое высказывание. Повторюсь, американская нация сегодня политически расколота. Их телеящику очень сложно предоставлять эфир для взвешенных и профессиональных диспутов о налогообложении, медицинском и пенсионном страховании, развитии инфраструктуры, образовании и т.д. Тем не менее они это умудряются делать. Как минимум на четверку с минусом. Иногда – на троечку. Но не на двойку. Да, каждый телеканал делает это для своей аудитории, но не на двойку.

И это возвращает нас к нашим дискуссиям о «холодильнике», то есть о внутреннем обустройстве. Стране, которая отстояла свой суверенитет, есть о чем поговорить – об экономике, медицине, законодательстве, административном регулировании… Так почему же на всех центральных каналах во время так называемых политических ток-шоу постоянно стоит даже не крик, а гвалт? Почему морды бьют специально приглашенным русофобам? Неудивительно, что и президентские дебаты не обошлись без обливания водой и рукоприкладства! Почему до ночи на одном из центральных каналов, срывая голос, спорят украинские политологи о том, у кого больше шансов, у Порошенко или Тимошенко? Разве нет других тем? Да их множество! И касаются они всех и каждого. Вот только один пример. Было время – появилась сенсационная новость: о проекте правительства повысить подоходный налог до 15% или повысить НДС, снизив налоги на фонд заработной платы – то есть, по сути дела, отчисления в Пенсионный фонд и Фонд обязательного медицинского страхования. И где горячие дебаты? Бог с ними, с дебатами – это вообще не слишком удачный формат. Но где обсуждение темы с экспертами, представляющими самые разные точки зрения на данный вопрос? Вместо этого СМИ ограничились сообщениями, что правительство продолжает обсуждать различные варианты. То есть это дело технократов, которые «свое дело знают». Они, мол, и решат. Но налоги – это не технический вопрос. Это вопрос политический. Технический вопрос – это как арестованный недавно Николя Саркози брал деньги у Каддафи и кто будет управлять failed state Украиной через год. Но в телеке все наоборот. Налоги – кому это интересно! Давайте лучше о проворовавшемся Саркози, затем осудим специально приглашенного американского (вариант – польского) Ваньку для битья, после чего заслушаем депутата Верховной рады… Я понимаю, что так спокойнее и проще. Но именно самоуспокоенность и привычка к упрощениям привела к тому, что «говорящие головы» «проспали» начало массового применения социальной технологии MeeToo в России (хэштег означал «я тоже», или «меня тоже» – в смысле подверглась харассменту, или сексуальному насилию). Телевидению придется сделать шаг за границы привычного, иначе качественного телевизионного продукта у нас так и не появится. А качественный телепродукт – это вопрос социальной безопасности. У великой державы все должно быть на уровне –и танки-ракеты-ПВО, и «холодильник», и телеящик. И не надо говорить мне, что ТВ – это необязательный канал коммуникации, когда есть интернет и социальные сети. Как показал скандал вокруг Facebook, аудитория социальных сетей не менее манипулируема (если не более), чем аудитория телевизионная. Внятный «телевизор» – важная составляющая качества жизни. Как пища, связь, транспорт, чистота на улицах. Не говоря уже о том, что новостной и аналитический контент на ТВ должен соответствовать уровню тех задач, которые ставит перед собой страна. Есть, конечно, еще вопрос контента развлекательного. Но это уже совсем другая история…

Поделиться статьёй