ЕКАТЕРИНА САПРЫГИНА. СИРОТСТВО: «УСПЕХИ» И РЕАЛЬНЫЕ ДЕЛА

ЕКАТЕРИНА САПРЫГИНА. СИРОТСТВО: «УСПЕХИ» И РЕАЛЬНЫЕ ДЕЛА

На сайте «Русского Салона» проходят блиц-практику студенты-журналисты 3 курса Института филологии и языковой коммуникации Сибирского федерального университета, Красноярск, Россия. Им на выбор было предложено несколько тем для эссе… 

ЗНАКОМЬТЕСЬ: ЕКАТЕРИНА САПРЫГИНА. ТЕМА «ПРАВДА ПРАВДЕ РОЗНЬ»

Что лучше: закрывать глаза на то, что вызывает у нас чувство неловкости или придерживаться мнения «моя хата с краю, ничего не знаю»? Прочитали статью, услышали вечерний выпуск новостей, пролистали ленту в соцсети, поохали, повздыхали о трагедиях, закрыли и пошли по своим делам. Клиповое мышление позволяет нашему взгляду цепляться за яркие заголовки, кричащие слоганы или многообещающие цифры, особенно когда они представлены в новостях как непременно какие-нибудь очередные «успехи».

«Всего в краевых государственных казенных учреждениях для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на 01.12.2017 воспитывается 1257 детей», а чуть ниже в этом же материале указывается следующее: «Общая численность детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на территории Красноярского края по состоянию на 01.01.2018 составляет 15 106 детей». Такими статистическими данными пестрит материал с сайта министерства образования Красноярского края. А также сказано о том, какие «успехи» имеет нынешняя система государственной поддержки детей-сирот. 4 базовых детских дома (ресурсных центра), 3 – с центром психолого-педагогического сопровождения воспитанников, 5 – с центром социально-трудовой адаптации и профориентации, 1 семейный детский дом… «Основными приоритетами деятельности детских домов являются: …подготовка воспитанников к самостоятельной жизни, постинтернатное сопровождение выпускников». И ещё много информации о том, сколько детей воспитывается в замещающих семьях, сколько в семьях опекунов и людей с предварительной опекой. В общем, чудесная работа органов опеки и попечительства, прекрасные статистические данные, яркие и эмоциональные фотографии улыбающихся, радостных детей-сирот с рисунками в руках, спортивными наградами или в цветных костюмах. Очень достоверное подкрепление слов материала. Читаю и делаю для себя вывод: «Как хорошо, что этим вопросом занимаются, хорошая работа людей, хорошие условия…». Однако, какое ровное «хорошо», хотя по сути, пишут правду, делая ссылки на цифры, я не поленилась, проверила данные в документах Росстата. Но какая-то сухая правда, какие-то пресные материалы, после прочтения которых не остается никакого послевкусия, какое должно было как минимум заставить меня, как читателя, задуматься об этой проблеме.

И совсем другую правду рассказала мне куратор программы «Детский Дом» благотворительного фонда «Счастливые дети», созданного с целью решения проблемы сиротства в Красноярском крае, Василина Степанова:

– Ошибочно считать, что дети-сироты – это те дети, которые остались без родителей. По статистике 87% из них имеют родственников, но в силу неблагоприятных жизненных условий они оказались в учреждениях. 20% из них дети-инвалиды, шансы на их усыновление или устройство очень малы или минимальны. Известно, что половина детей в детских домах имеют лёгкую степень умственной отсталости. Это неорганическое поражение головного мозга, т.е. это не значит, что ребёнок родился таким и не может ничего познать. Это значит, что он находился в таких условиях, когда его не брали на руки, с ним не разговаривали, не играли. Когда он знакомился с окружающим миром его, возможно, наказывали или он получал травму, после чего интерес угас, мы понимаем, что в такой ситуации ребёнок не мог развиваться наравне со сверстниками. Таким образом, к семи годам ребёнку может быть поставлен диагноз: лёгкая степень отсталости, и он идёт уже не в общеобразовательную школу, а в коррекционную. Проблема в том, что диагноз ставят, а помочь от него избавиться могут приёмные семьи и иногда наставники. У нас в государстве не готовят специалистов по работе с детьми-сиротами. В фонде существует программа, нацеленная на ребятишек от 0 до 4 лет, которые находятся в домах ребёнка. Например, если малышу нужна операция или медицинская помощь, персонал дома ребёнка не может лечь с ним в больницу как мама, поэтому бывали случаи, когда ребёнка привязывали к кровати во время капельницы, дабы он не навредил сам себе. Поэтому в этой программе работают няни, а не волонтёры. Также существует программа для работы с выпускниками детских домов. Зачем она? Оказывается, часто проблемы начинают возникать именно в тот период, когда вроде бы взрослый парень или девушка вышли из детского дома, где им говорили: что делать, где взять чистые вещи и т.д., а тут он «выпустился», столкнулся с этим миром и не знает, что с ним делать…

…Обращаясь к материалу с сайта, вспоминаю об обещанной работе по постинтернатному сопровождению выпускников.

…Благодаря фонду дети получают шанс жить в семье, учатся доверять взрослым, чувствовать себя более спокойно и уверенно, получать новые навыки и лучшее образование – всё то, что может понадобиться им в дальнейшей жизни.

Наставники работают с детьми только от 7 лет, потому что маленькие дети не понимают, почему к ним приходит замечательные тётя или дядя, проводят с ними время, играют, а потом не становятся их родителями. Дети-сироты всегда ждут, что люди, которые к ним приходят, станут их родителями, или хотя бы смогут включиться в их жизнь полноценно. Ведь как чаще всего помогают детдомам? Вещами, подарками. Это не решает проблем совершенно. Если у ребёнка нет мамы, мы говорим ему «вот тебе конфетка», но тем самым никак ему не помогаем. Или говорим: «Слушай, у тебя нет мамы, но давай хоровод поводим». Тут такие методы не работают. Для малышей это очень травматично.

Репетиторы – это те, кто помогают детям с учёбой. Но наши репетиторы – это не профессиональные педагоги, которые помогают домашним детям поступить в МГУ или ещё куда-либо. Они работают минимум один учебный год и у них немного другие задачи» Несомненно, они помогают заполнять пробелы в учёбном процессе, либо развивать уже имеющиеся способности. С ними можно рисовать, лепить, проявлять любую творческую деятельность.

Если домашний ребёнок не поступает в вуз или училище, что с ним происходит? Его отправляют работать, либо он готовится ещё год, а у выпускников детских домов такой возможности нет. Либо он живёт в общежитии и получает образование, либо, если его отчисляют – вариантов у него немного. Жилья нет, работать он не умеет, а чаще не знает, как это делать, чашку супа ему никто не нальёт. Отсюда тот большой процент криминала среди выпускников дет.домов – 40%. Это связано с тем, что они не могут устроиться в самостоятельной жизни, не владеют алгоритмами нормального выживания в обществе…

…И вот мне открылась другая правда этой проблемы. Не такая стройная и ровная как в материале с сайта министерства образования края. Другая сторона, другие люди, которые без стандартных обещающих предложений делают добро, получая взамен в лучшем случае улыбку и доверие кем-то брошенных детей. Зная всё это, я больше не испытываю желания читать об «успехах» нашей «системы поддержки», которая «сформировала бюджет на 2018 год» или выпустила новую поправку к закону о поддержке детей-сирот. Хочу только сказать спасибо неравнодушным Человекам с большой буквы, которые молча делают большое дело. // Екатерина САПРЫГИНА

Поделиться статьёй